СИРИЙСКАЯ ЛИТУРГИЯ АП. ИАКОВА  

СИРИЙСКАЯ ЛИТУРГИЯ АП. ИАКОВА

Переходя теперь к Литургии ап. Иакова, отметим прежде всего, что эта Литургия — «живая». Да последнего времени она совершалась один раз в году (23 окт./5 ноября — в день памяти ап. Иакова) в Иерусалиме и даже у нас в СПб-ге (в учебном храме ап. Иоанна Богослова при СПб ДА).

Литургия ап. Иакова существует в двух видах: греческий текст очень поздний (согласно нашей стратиграфии VIII—IX веков), а Сирийский извод гораздо более ранний. Он удержался в Сиро-Яковитской Церкви и как бы законсервировался в ней. Хотя Сиро-Яковитская Церковь и монофизитская по своей христологии, но ничего монофизитского мы в этом изводе не находим. Следовательно, в основном, он сложился до отделения монофизитов, то есть до Халкидонского Собора 451 г. и относится к первой половине V века. Поэтому рассмотрение Литургии ап. Иакова мы начнем с этого Сирийского извода.

Конечно, это не первоначальный вариант, ибо и здесь немало позднейших наслоений. Достаточно сказать, что он начинается с Проскомидии, которая сформировалась только на рубеже VII—VIII веков. Правда, это еще очень примитивная Проскомидия:

По умовении рук (с молитвой «Умоляю Тебя, Боже, сподоби меня приступить к Твоему святому жертвеннику...») епископ обращается к народу и просит прощения: «Молитесь за меня ради Господа...» Затем, войдя в алтарь, повергается перед жертвенником, говоря: «Я вошел в Дом Твой и повергся перед престолом Твоим...»

Затем зажигается фимиам и семисвечник. Епископ с молитвой раздробляет хлеб и полагает его на дискосе, говоря: «Как агнец, Он был веден на заклание...»(Ис. LIII, 7). Потом, покрыв покровом дискос, наполняет чашу вином и водою, говоря: «И сие вино, которое есть образ крови...» Покрыв чашу, кадит Дары, жертвенник и всех предстоящих, говоря: «Кирие елеисон. Кирие елеисон», Трисвятое, «Отче наш», «Слава и ныне» — это уже начало Литургии оглашенных. Это начальные «Кирие елеисон» в сочетании с предшествующим покаянным чином («Молитесь за меня ради Господа») напоминает начало Римской Мессы. И дальше, как на Мессе, все поют: «Слава в вышних Богу...» (лат «gloria»). Литургия ап.«Иакова была хорошо известна в Риме. Но трудно сказать, имеет ли место в данном случае заимствование или это схожее апостольское начало.

Во время пения «Славы в вышних...» и последующей Седры (местная сирийская песнь) еп. трижды обходит Дары, кадя их и читая т. н. молитву фимиама: «Помилуй меня, Господи, по милосердию Твоему и отпусти грехи наши...».

Затем диакон читает из апостола Павла.

Все вместе поют псалом Давида (еще не превратившийся в позднейший прокимен) и Аллилуйа.

Диакон читает Евангелие и возглашает: «Выходите с миром слушающие! Выходите слушающие с миром! Затворите двери!» Так производится отпуск оглашенных и начинается Литургия верных.

Она начинается молитвой епископа:

«Господь царствует. Он облечен величием. (Пс. XCII, 1) Аллилуйа. Я — хлеб жизни, — говорит Господь наш — чтобы мир был жив Мною (Ин. VI, 51,57). Отец послал Меня... И вот епископы своими руками возносят Меня на жертвенник. Аллилуйа. Приими приношение наше.»

Диак:

«Господь царствует»

Епископ:

«Помяни, Господи, усопших и упокой облекшихся в Тебя в крещении и принявших Тебя с жертвенника.»

Затем предписывается чтение Никео-Цареградского Символа веры (что могло быть не ранее 511 г.). После чего епископ умывает концы пальцев и произносит молитву перед лобзанием мира:

«Господи, Боже наш, соделай нас, недостойных, достойными сего целования, чтобы нам, чистым от всякого лукавства, приветствовать друг друга святым и божественным целованием, соединяясь союзом любви и мира, через Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа.»

Все отвечают: «Аминь», но не целуются, что видно из слов дьякона: «Будем стоять благоговейно и молиться, будем благодарить, наклоняться и славословить живого Агнца Божия, приносимого на жертвенник.»

Епископ произносит т. н. молитву главопреклонения: «Единый милосердный Господи, в вышних живущий и на смиренных презирающий, пошли благословение Твое на преклонивших выи свои...» (Эта молитва отдаленно напоминает соответствующую молитву Василия Великого после «Отче Наш»: «Преклонивших Тебе своя главы благослови, освяти, соблюди...»)

Только после этого совершается целование (лобзание мира) и епископ проходит в алтарь. Диакон в этот момент возглашает:

«Будем стоять со страхом и трепетом, ибо вот приносится приношение. (Обратим внимание, что эта молитва диакона тематически близка будущей Херувимской песни). Двери неба отверзаются и Дух Святой нисходит на эти Св. Тайны... Мы стоим на месте страшном, ужасном. Мы предстоим с херувимами и серафимами. Мы сделались братьями ангелов небесных и вместе с ними совершаем служение огненное и духовное. Никто да не останется в узах (греховных), дерзая приступить к тайнам, ибо покров снимается и благодать ниспосылается на каждого молящегося с чистым сердцем и доброй совестью.»

И действительно, епископ снимает покров, трижды знаменуя народ: «Любовь Отца, Благодать Сына и общение Св.Духа да будет со всеми вами.»

Этими словами начинается анафора (Евхаристический канон).

Епископ:

«Горе сердца!»

Все:

«Имеем ко Господу.»

Епископ:

«Будем благодарить Господа Бога нашего».

Все:

«Достойно и праведно»

Епископ читает молитву Префации:

«Поистине достойно и справедливо, прилично и должно Тебя хвалить, Тебе воспевать, Тебя благословлять, Тебе поклоняться, Тебя славословить, Тебя благодарить. (Как тут не вспомнить чин Василия Великого: «Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим, Господи, и молим ти ся, Боже наш»!) — Тебя, Творца всей твари, видимой и невидимой, Которого хвалят небо и весь сонм звезд, земля и море, и все, что в них, небесный Иерусалим, церковь первенцев, написанных на небесах, души мучеников и апостолов, ангелов и архангелов, Престолы, Господства, Начала, Власти, Силы, многоочитые Херувимы и шестокрылатые Серафимы.... победную песнь громким голосом поя, возглашая, славословя, взывая и говоря:

Все: «Свят, Свят, Свят Ты, Господь Бог Саваоф...», т. е. далее следует Санктус, а затем Анамнесис с установительными словами и проч. по обычной схеме: P-S-A-E-J.

Еще Ренодот показал, что в этих анафоральных молитвах имеются многочисленные заимствования из «Огласительных слов» (350 г.) свт. Кирилла Иерусалимского, который, например, писал: «После этого мы вспоминаем небо и землю, солнце и луну, звезды, всякую тварь словесную и бессловесную, ангелов, архангелов, Престолы, Господства, Начала, Власти, Силы, многоочитых Херувимов и шестокрылатых Серафимов...» (Совпадение с молитвой Префации буквальное !). Совпадают и многие выражения Анамнесиса и Эпиклесиса ит. д.

Таким образом, почти несомненно, что первоначальный греческий чин сложился под редакцией свт. Кирилла Иерусалимского в период с 350 по 387 г. А учитывая столь развитое учение о Св.Духе (в Эпиклесисе), которое могло быть только следствием IIВселенского Собора (381 г. — в котором участвовал свт. Кирилл!), греческий протограф можно датировать последним периодом его жизни: 381—387 гг.

Очевидно, что в общем построении Евхаристического канона свт. Кирилл опирался на традицию ап. Иакова и отдельные сохраненные им выражения (например: »... небесный Иерусалим, Церковь первенцев, написанных на небесах...» в Префации) несомненно восходят к апостольскому времени (Ср.Евр. XII, 23). Возможно, что именно свт. Кириллу принадлежат также молитва приношения (непосредственно перед каноном), молитва перед «Отче наш» и благодарственная. Затем, уже на рубеже IV и Vвеков этот чин был заимствован сирийцами и дополнен местными элементами. Первоначальная его схема, следовательно, такова:

Покаянный чин (ектения)

«Слава в вышних Богу...»

Молитва фимиама.

Чтение Апостола и Евангелия.

Проповедь.

Отпуск оглашенных.

Молитва епископа I.

Молитва епископа II (перед лобзанием мира).

Молитва епископа III (главопреклоненная).

Приношение.

Евхаристический канон (PSAEJ + «Отче наш»)

Причащение.

Благодарственная молитва.

Отпуст.

Обратим внимание еще вот на что. В сирийском тексте наиболее сумбурным представляется последний элемент Евхаристического канона — интерцессия, т. е. ходатайственная молитва

Она начинается молитвой епископа: «Приносим Тебе, Господи, сию страшную и бескровную жертву за святые Твои места, которые Ты прославил явлением Сына Твоего, особенно же за святой Сион, мать всех церквей (так мог молиться только иерусалимский епископ, тот же свт. Кирилл) и за Твою святую Церковь, распространившуюся по всему мiру...» (прекрасный образец сочетания Поместного сознания со Вселенским!)

Но далее интерцессия продолжается рядом диаконских воззваний: «Помолимся и будем просить Господа нашего в настоящую страшную, великую и святую минуту... за пастырей святых Божиих церквей (Поместных), за патриарха нашего...» Но ведь Иерусалимский епископ стал патриархом только в 451 г.! Следовательно, это продолжение относится к сер.Vвека.

Вот причина того, почему элемент J «кочует» по всему пространству Евхаристического канона. Он сформировался позже других (уже в эпоху патриархатов) и его буквально «втыкали куда попало». То, что читает диакон с амвона, — это т. н. «диптих»: список патриархатов, с которыми данная Церковь находится в общении. Вычеркивание из диптиха являлось символом разрыва отношений, т. е. церковного раскола. Например, во время знаменитой Анакиевской схизмы 484—519 гг. папа ФеликсII и патриарх Анакий вычеркнули друг друга из диптихов. Это было особенно актуально в период арианских и христологических споров. А в ранней Церкви таких явлений быть не могло (и диптихи там имели другое значение — поминальных табличек).


9152351780391926.html
9152462724630605.html
    PR.RU™